***

«Ну, здравствуй, несчастное счастье мое... С тех пор как ты уехал, ничего особенного не произошло, а если бы произошло, я бы вряд ли заметила.
Больше всего мне жалко было Рона, и я сказала, что ни в чем его не виню. Я никого не виню. Даже тебя. Из-за тебя у меня не получается сердиться на тебя, из-за тебя я ненавижу свою любовь, и люблю, потому что ненавижу...
Запутала я тебя своими умными мыслями, а не наплевать ли нам обеим...
Гарри тоже все пришлось рассказать... Он как всегда не понял это было видно по его глазам, но у него хватило терпения просто посочувствовать мне. Ходит, держит меня за руку, ведет себя как настоящий друг... Я понимаю, что это сумасшествие, но ни ты, ни я, не виноваты, что ты учитель, и может если бы это было не так, я бы по-настоящему полюбила тебя...
Мне нужно было выложить кому-то душу полностью, рассказать все. Гарри, с его принципами я выкладываться говорить не стала, он достаточно знает, для того, что бы свихнуться... Моей жилеткой стал Драко. Я никогда бы в жизни не доверила ему такое, ну, ты помнишь мое прошлое... Да и ты тоже был не сахар...
Он от всей души похвалил тебя, и сказал, что тебе удалось сделать то, что у него так и не получилось. Я покраснела и засмеялась, наверное, в первый раз, с тех пор как ты уехал.
Твое отсутствие никак не повлияло на то, как я занимаюсь. Мои извилины автоматически двигаются в нужном ритме, в то время как мои думы заняты сам-знаешь-кем, только этот раз, этот ужасный сам-знаешь-кто – ты.
Я начала писать стихи, представляешь? Но писать их тут я не буду, потому что ты рассмеешься. Хотя, я бы все отдала, что бы увидеть твою улыбку.
Я начала филосовствовать. Я начала думать и представлять жизнь в разных формах. Я начала все больше соглашаться с кем-то умным, кто сказал: «Возможно земля – это ад какой-то другой планеты.»
Осень в этом году особенно дождливая, мокрая, в общем... Прямо как я. И вот стучит по ночам дождик в окошко, а я думаю, надеюсь, что это – ты...
Меня лишили значка старосты. Ну и наплевать. Мне на все наплевать, ты знаешь.
По Хогвартсу начали ходить слухи, что ты ушел а меня лишили значка старосты, и сплели эти две нити происшествий вместе. Слухи путь ходят, теперь когда ты ушел, я не боюсь правды. Даже той правды, что я не люблю тебя, и это рвет мне сердце, потому что я не хочу в это верить, я не хочу, что бы это было правдой...
И мысль, что это будет длиться ровно год, заставляет меня с этим смириться. Этот год я буду жить как в тумане, а этим туманом будешь ты, и я не перестану думать о тебе, и любить ложной любовью.
Но письмо это я конечно тебе не отправлю, как только я положу перо на стол, оно полетит в камин. Но знай, я люблю тебя, и иногда мне кажется - не только по вине зелья...»